С 2 по 11 октября 2019 года Ростов принял VI Всероссийский театральный фестиваль «Русская комедия», председателем жюри которого была Народная артистка РСФСР, неоднократный лауреат премии «Ника» и Российской национальной актёрской премии имени Андрея Миронова «Фигаро», обладатель многих других престижных профессиональных наград Светлана Крючкова. Светлана Николаевна с удовольствием поделилась своими впечатлениями от фестиваля, от Ростова и нашей публики, вспомнила яркие моменты своей жизни, которые связывают её с Доном:

- Я совсем не рассчитывала стать председателем жюри этого прекрасного фестиваля «Русская комедия», который проводится в Ростове. Для меня очень важно смотреть те спектакли, которые ставятся во всей стране, а не только в Москве и Санкт-Петербурге. Московские и петербургские зрители и так видят многое, а зрители других городов нашей страны имеют возможность видеть только то, что им показывают по телевизору. Причём показывают, преподнося – это сладко, это горько. А на самом деле, всё может быть совсем наоборот. Профессиональные артисты в глубинке, глядя на всё это, возможно, думают: «Наверное, я ничего не понимаю, по-моему, это плохо. А мне говорят, что это хорошо». И как им разобраться, что хорошо, что плохо? А на подобных фестивалях люди – и актёры, и зрители - воочию могут убедиться, что есть что и кто есть кто…

- Каковы, Светлана Николаевна, ваши впечатления от ростовской публики?

- Фестиваль начался с моей творческой встречи с ростовским зрителем. Я им покорена окончательно! Нам почему-то кажется, что наш зритель привык к пошлости. Да ничего подобного! Например, в моём выступлении ничего пошлого не было. Был юмор, была ирония. И зал прекрасно, очень по-человечески чутко реагировал на всё, на все нюансы – и смеялся, и рокотал, и молчал, и плакал. И всё было очень уместно, именно там, где это необходимо. Такие зрители – просто счастье для любого актёра! Есть один город, не хочу его называть, куда я, честно говоря, не люблю ездить. Что им ни привози – спектакль, поэтическую программу, юмористические зарисовки - зрители ни на что не реагируют. Извините за резкость, зал сидит тупо и безразлично. И так уже не одно десятилетие. Такой уж там зритель. А ваш зритель просто чудесный! Он заслужил, чтобы именно сюда привозили спектакли разнообразные и из самых разных городов нашей страны.

Я смотрю на фестивальную публику и вижу, что люди искренне радуются по разным поводам. С молодёжью, наверное, надо говорить на знакомом им языке. Не подстраиваться совсем уж под них. Как говорил Антон Павлович Чехов: «Не надо опускать Гоголя до народа, надо народ поднимать до Гоголя». Но то, что молодёжь ХОЧЕТ прийти в театр, УЖЕ ВАЖНО! Конечно, безупречных спектаклей не существует. В том числе среди тех, которые я здесь видела. У меня есть свои претензии и пожелания. Но всё это интересно невероятно! И мне кажется, что мы делаем очень хорошее дело, очень нужное. Потому что духовное, душевное развитие ДОЛЖНО происходить. В этом наше положительное отличие от остального мира.

- А вам ведь есть с чем сравнивать…

- Я очень часто бываю в Европе, мой старший сын живёт во Франции со своей семьёй. Так вот я езжу по русским центрам разных стран читать РУССКУЮ поэзию. Только что я была с программой из произведений Анны Ахматовой в Париже, Бельгии и Люксембурге. А в январе буду там же с поэзией Давида Самойлова. На концерты приходят даже иностранцы, не знающие русский язык или только начинающие его изучать. Вы ведь хорошо слышите каждое слово, которое я произношу? Спасибо за это Анне Николаевне Петровой – доктору искусствоведения, профессору школы-студии им. Немировича-Данченко при МХТ им. Чехова, лучшему в стране специалисту по сценической речи, которая в своё время научила, чтобы меня всегда было «видно, слышно и понятно». А это главные три условия в театре! Анне Николаевне меньше месяца назад исполнилось 90 (!) лет, с чем её тепло поздравили в родной школе-студии. Тем не менее, она находится в прекрасной рабочей форме, очень бодра и сегодня вместе с нами является одним из членов жюри ростовского театрального фестиваля. Анна Николаевна обучила правильной сценической речи практически всех нынешних звёзд театра и кино, которые оканчивали этот институт, а меня она помнит ещё как «девочку Свету».

- Светлана Николаевна, что вы успели посмотреть в Ростове за эти дни?

- Город меня совершенно очаровал. Директор театра им. Горького Ольга Степановна Николаевна как мать родная постаралась показать мне по-максимуму. Мы даже сходили на рынок, который для меня, родившейся на юге, в Кишинёве, говорит об очень многом. Я давненько не бывала на южном рынке, а ведь это такое счастье! Какие у вас рыбные ряды! Эти сазаны будут мне сниться долго! Невероятная красота, которая просто просится на полотно художника!!! Были и на берегу Дона. Кстати, мне удалось поздравить ваших замечательных учителей с их профессиональным праздником. Со мной были мои прекрасные музыканты – лауреаты международных конкурсов, баянист и гитарист. Мы срочно выучили песню специально для педагогов. И знаете, где мы её учили? Как раз на берегу Дона! Это было совершенно незабываемо – и само выступление, и наши репетиции. Заодно, конечно, мы исполнили на бис и то, что нас попросили. Мы никогда в таких случаях не отказываемся. Очень хочется, чтобы был праздник для такого чуткого, внимательного и благодарного зрителя, как ваш. Ваши люди мягкие, добрые, отзывчивые. Они будто из моего детства. И для меня это счастье!

- Вас ведь с Доном связывает ещё одно важнейшее событие – в своё время вы играли Аксинью в спектакле «Тихий Дон», поставленном великим Георгием Товстоноговым на сцене ленинградского Большого драматического театра…

- В этом спектакле у нас была одна ошибка. Художник по костюмам сделала нам, «казачкам», плотные кофты с баской и довольно большим вырезом на груди. А когда мы приехали на Дон отмечать юбилей, 75-летие Михаила Александровича Шолохова, и вышли на сцену в этих кофтах, великий донской писатель (по окончании выступления) нам сказал: «Казачки никогда в жизни грудь не открывали, имейте это в виду…» И, учитывая столь серьёзное замечание классика, в эти кофты затем нам вшили нечто вроде манишки, а сверху уже были бусы. Музыку к тому спектаклю написал замечательный ленинградский композитор Сергей Слонимский, который и до сих пор здравствует. Сергей Михайлович не раз до этого приезжал на Дон, изучал местный фольклор, слушал народные песни. И написал музыку, которая сопровождала весь спектакль, в том числе песню на выход Аксиньи. Однако Георгий Александрович Товстоногов эту песню отверг, сказал: «Сергей Михайлович, здесь песня не нужна. Она (это он меня имел в виду) здесь уже всё сыграла, песня будет лишней…» И песня тогда не прозвучала.

Однако когда я приехала сюда, в Ростов, то исполнила её акапелло, без музыкального сопровождения. И ростовчане оценили песню по достоинству, был оглушительный успех. Вот насколько Слонимский чётко поймал, уловил донской народный дух.

- Светлана Николаевна, а как вы оцениваете новые версии «Тихого Дона», представленные на теле- и киноэкранах?

- Ужасно оцениваю. То, что сделал Фёдор Бондарчук, считаю, просто нельзя было показывать и позорить отца. Не надо было этого делать. Сергея Владимировича Урсуляка я обожаю. Мы вместе работали на сериале «Ликвидация» и сейчас я снялась в последнем его фильме «Одесский пароход». Там все мы играем крошечные роли. И 1 января все зрители сядут за «похмельный» стол, включат канал «Россия-1» и смогут посмотреть этот очень смешной фильм по миниатюрам Михаила Жванецкого, снятый к его 85-летию. Там будут все любимые звёзды Урсуляка. Так вот, несмотря на то, что Сергея Владимировича я люблю (он очень интересный режиссёр) могу только констатировать: у всякого режиссёра, как и у артиста, бывают неудачи. И я считаю его версию «Тихого Дона» именно такой неудачей. Есть же какие-то абсолютные вещи. Я, например, не могу играть… Дюймовочку. Или бывшую балерину. Я по своей фактуре могу быть, скажем, повзрослевшей оперной певицей. А бывшей балериной – нет. У меня совершенно не та «выходка», как говорят в Одессе. И в сериале Аксинья – какая-то сидящая на диете «селёдка» - там же нет ничего, никакой женской красоты. Ну что это такое! Замечательный артист Евгений Ткачук, ранее гениально сыгравший Мишку Япончика, в фильме Урсуляка, на мой взгляд, совершенно не на своём месте. Поэтому так невнятно всё и получилось в итоге. И, несмотря на всё это, сериал получил «Золотого орла», что для меня вообще мало что значит. Сергей Владимирович знает это моё мнение, я его никогда ни от кого не скрывала.

- Какую свою роль вы считаете самой удачной?

- Самой удачной театральной ролью я считаю свою последнюю работу в Большом драматическом театре. Это спектакль «Жизнь впереди» по роману французского автора Ромена Гори, публиковавшегося под псевдонимом Эмиль Ажар, который получил за это произведение Гонкуровскую премию. Премьера спектакля состоялась 4-5 июля этого года, перед самым закрытием театрального сезона. У нас получился замечательный, ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ спектакль, говорящий о любви и проникающий в каждого человека, сидящего в зрительном зале. Притом, что форма его вполне авангардная. А спектакль, по большому счёту, о каждом из нас. Я играю старую польскую еврейку мадам Розу, живущую в бедном квартале Парижа, бывшую проститутку, бывшую узницу Освенцима – совершенно одинокого человека, содержащего приют для детей проституток, которые никому не нужны. Но, несмотря на то, что публика плачет, спектакль позитивный. Там я пою на идише, на польском и французском языках. Я считаю, что это пока самая удачная моя работа, о которой я мечтала 25 лет!

- Вы сказали, что для вас награды ничего не значат. Но ведь артист обязан быть тщеславным?

- Я на все эти «Маски» и «Орлы» не реагирую. Был такой анекдот: один богатый человек, замаливая грехи, делал в течение своей жизни разные благодеяния. А когда он окончил свой век, то своей фамилии в списках попавших в рай людей не нашёл. Тогда он говорит Святому Петру, стоявшему с ключами от рая в руках: «Я же столько денег потратил на благотворительность, построил храмы…» А тот ему в ответ: «Мы деньгами не берём…» Так же, по-моему, и с различными наградами. Я отношусь к ним настолько спокойно, что свой последний орден «Дружбы» даже не пошла получать. Мне его потом принесли в гримёрку размером в 2,5 квадратных метра, которую я делю с замечательной Ниной Усатовой. Этот орден за мою дружбу с Ниной? Вообще-то, говорят, это дипломатический орден, за налаживание международных связей, так как я сотрудничаю с ЮНЕСКО и с другими международными организациями и фондами.

У меня есть одна награда, которой я действительно горжусь. Это медаль имени А.С.Пушкина «за развитие и сохранение русской словесности. За большую просветительскую работу». Остальные награды для меня, скажу честно, не имеют значения.

- Светлана Николаевна, как вам удаётся сохранять горящие глаза и желание развиваться, всё время творить?

- Я делаю то, что люблю. И ни во что не встреваю, никому не завидую. У меня есть прекрасные дети, внуки, мне есть чем заняться в этой жизни. А ещё столько всего не сделано! Я продолжаю готовить поэтические программы. У меня только четыре программы по Цветаевой, четыре по Ахматовой. И я делала (и продолжаю делать) это в сотрудничестве со специалистами, всю свою жизнь посвятившими творчеству поэтов.

Очень много ещё надо всего сделать и ПЕРЕДАТЬ людям. А жизнь так коротка. И не стоит тратить её на всякие глупости. Мне хочется, чтобы люди, пришедшие на моё выступление, ушли немного лучшими, сильными и обнадёженными, более верящими в добро и улыбчивыми…

А. Владимиров

Copyright Курзенев А.Н. © 2019
Copyright rp100.ru © 2019
Copyright ООО "Издательcтво "Разрешите представить!" © 2019
Все права защищены.