Борис Георгиевич Коноплёв

Доктор технических наук, профессор,

декан факультета электроники и приборостроения

Технологического института ЮФУ,

научный руководитель научно-образовательного центра «Нанотехнологии»

 

 

Нанотехнологиями в лаборатории наноэлектроники при Технологическом институте Южного федерального университета начали заниматься достаточно давно, примерно в 1990 году, вскоре после изобретения зондового микроскопа в 80-е годы. Технологический институт возник на базе Таганрогского радиотехнического института, имевшего очень большие традиции в области микротехнологий. Достаточно сказать, что первая в СССР полупроводниковая интегральная схема была изготовлена в институте в 1963 году и только через год запущена в производство в Зеленограде. С тех пор разработки в области интегральных схем велись постоянно. И когда институт выиграл в 2006 году один из первых конкурсов по развитию инновационных образовательных технологий, то из полученного гранта в 367 миллионов рублей ректоратом было выделено 200 миллионов рублей на развитие наноисследований. Затем было участие в проекте развития инфраструктуры российской наноиндустрии и получение по федеральной целевой программе ещё 134 миллиона рублей на закупку современной техники. После вхождения в состав ЮФУ исследования были продолжены, было выделено ещё 80 миллионов рублей. В результате удалось создать уникальный научно-образовательный центр с оборудованием на сумму свыше 500 миллионов рублей, позволяющий решать научные и учебные задачи, участвовать в продвижении инновационных проектов вместе с промышленностью. О перспективах отечественной науки в целом и ближайших планах наноисследований в области нанотехнологий нам рассказал доктор технических наук, профессор, декан факультета электроники и приборостроения Технологического института ЮФУ, научный руководитель научно-образовательного центра «Нанотехнологии» Борис Георгиевич Коноплёв.

 

 

РП: Борис Георгиевич, как Вы охарактеризуете состояние отечественной науки в целом, и есть ли перспективы вывести её на передовой мировой уровень?

Б. Г. Коноплёв: Было бы, наверное, не очень корректно мне говорить за всю науку, но личное мнение всё же выскажу. В области микротехнологий мы в 1975-1980 годах были на одном уровне с США и электронная промышленность оснащала оборонную технику не хуже, чем те же американцы. Но с тех пор наука переживала не лучшие времена и последствия этого ещё ощущаются. Если говорить о микроэлектронике, то время сильно упущено; американские и японские интегральные схемы на порядок превосходят наши. Но фундаментальная наука у нас всегда была на достойном уровне, а в прежние времена был создан серьёзный задел, поэтому сейчас в области нанотехнологий есть исследования и разработки, стоящие на мировом уровне, а некоторые государственные нанопрограммы указывают на то, что они могут стать прорывными. Мы не можем производить и исследовать всё сразу – существует международное разделение труда, но именно в нанотехнологиях мы можем сделать очень многое. Например, некоторые из типов датчиков движения, состава газа. Это очень важно для промышленности, экологии. Здесь мы находимся на мировом уровне и есть перспективы обеспечения потребностей не только страны, но и мира. Поэтому я с оптимизмом смотрю на развитие этой части научных исследований как в стране в целом, так и в нашем университете в частности. Сейчас очень большая конкуренция не только в мире, но и на внутрироссийском уровне. Доказать свою состоятельность в этой сфере сложно. Деньги приходится получать в жёсткой конкурентной борьбе и нам это удаётся, так как люди, выделяющие средства, высоко оценивают наш научный потенциал. Результаты уже есть, а будет их ещё больше. У нас есть серьёзные конкурентные преимущества – большой ВУЗ, много молодёжи, которая с большим интересом участвует в исследованиях и разработках. Наша задача обеспечить их работой и финансированием.

РП: В чём Вы видите основные трудности и проблемы в развитии науки и внедрении научных достижений в производство?

 Б. Г. Коноплёв: Сложный вопрос. Не буду говорить об объективных трудностях, которые легче преодолеть ввиду их понятности, таких как: обеспечение оборудованием, получение нужной информации и так далее. Но есть ряд проблем, которые кажутся второстепенными, но реально выходят на первый план. Прежде всего, это чрезвычайно высокая степень бюрократизации в управлении наукой, сейчас она даже больше, чем была в СССР. Бюрократия губит любые ростки инициативы. Простой пример – по федеральному закону 94, который регулирует на конкурсной основе закупки материалов для проведения научных исследований, необходимо подготовить документацию, провести конкурс и затем, не работая, ждать нужную деталь два месяца и более, если даже эта микросхема стоит тысяча рублей. Или конкурсы на проведение исследований – там главным критерием является цена, чем дешевле, тем лучше, в итоге может выиграть тот, кто пообещает провести исследование за 10 тысяч рублей, хотя реально на это нужно потратить 5-10 миллионов, в результате страдает качество исследования и результат. Эта бюрократическая система иногда рушит все возможности. Я верю, что наша молодёжь может добиться очень многого, преодолеть большие трудности, но вот с бюрократией бороться очень сложно.

 

РП: Но такие способы всё же есть?

Б. Г. Коноплёв: Мне кажется, что руководство страны в определённой степени недооценивает эту опасность. А нужно всего лишь давать больше свободы коллективам в проведении научных исследований. В любой деле есть две стороны: ответственность и возможность, без второго не может быть первого. Я знаю множество предприятий, где всё забюрократизировано настолько, что чахнет любая инициатива. А ведь нужно заинтересовать и дать свободу – тогда и коллектив и система будут развиваться.

 

РП: Может быть, один из способов обойти бюрократические институты государства – привлечение частных инвесторов?

Б.Г. Коноплёв: Безусловно, частная фирма – отличный вариант для любого бизнеса, в том числе и для научного. Но здесь есть свои объективные трудности. В нашей стране пока очень слабо развит частный сектор наукоёмких производств. Крупный бизнес сосредоточен в металлургии, нефтедобыче, в не очень глубокой нефтепереработке сырья, а высокотехнологичное производство развито слабо из-за высокой конкуренции на мировом рынке и того, что изначально эта отрасль была ориентирована на нужды оборонной промышленности, а перепрофилирование даётся с трудом. Хотя есть примеры отделения от крупных оборонных предприятий, фирм занимающихся высокими технологиями, как, например, «Инструменты нанотехнологий» из Зеленограда, отделившиеся от НИИ физических проблем. Они начали производить зондовые микроскопы и сейчас являются одними из мировых лидеров этого направления, имея отделения в США и Европе. Это один из очень хороших примеров, однако, есть и своё «но». Казалось бы, есть Сколково. Государство предлагает фирмам помощь для дальнейшего развития. Но при этом предлагаются такие условия, при которых фирма уже два месяца согласует вопросы налогообложения с государством, чтобы вообще не разориться. Очень многие законы у нас противоречат друг другу: например закон о науке и образовании противоречит налоговому законодательству. Видимо, требуется время для преодоления этих противоречий. Привлечение частных инвесторов – один из путей продвижение научных разработок в производство. Но они, как правило, требуют быстрой прибыли, за исключением серьёзных стратегических инвесторов. Почему сейчас быстро развиваются наноисследования? Потому что это новая наука, где многое не исследовано и многое предстоит сделать. Мало кто из инвесторов согласится работать на далёкую перспективу. Но работать в этом направлении мы всё равно будем.

 

РП: Но вы ведь тоже можете создавать малые предприятия на базе института.

В.Г. Коноплёв: Да, мы это делаем, и государство помогает. Есть постановление 217, на основании которого создано ООО «Центр нанотехнологий», учредителем которого стал университет. И мы, по закону, имеем право, передавать ему патенты на реализацию. Это один из примеров. Подобные начинания помогут дать рабочие места для наших выпускников, которые, надеюсь, будут производить в этих фирмах не только окна по западным технологиям, но и продукты нанотехнологий для реализации их на Западе. В частности, существует большой спектр гражданских исследований по солнечной энергетике, энергосберегающим технологиям, покрытиям на окна и так далее. Мы уверены, что в будущем стёкла будут не просто тонированы, как в автомобиле, но и смогут менять свою пропускную способность, летом сохраняя прохладу от кондиционера, а зимой тепло. Сейчас мы работаем над созданием такой плёнки.

 

РП: Что из ваших разработок в этой сфере вы сейчас могли бы предложить инвесторам?

В.Г. Коноплёв: Сейчас мы как раз интенсивно обсуждаем этот вопрос. Существует государственная корпорация «Роснанотехнологии», которая сейчас становится частным акционерным обществом. Прорабатывается вопрос о создании под эгидой корпорации нанотехнологического центра с привлечением ряда частных инвесторов, российских и двух зарубежных. На повестке дня три типа энергосберегающих технологий. Инвесторы поддерживают проект и хорошо в него вкладываются, если он будет реализован, то по сумме станет заметным событием не только для Таганрога, но и для области в целом. Это влечёт не только разработку идей и выпуск продукции, но и социальные моменты: новые рабочие места, движение капитала и так далее. Ростовская область не слишком высокотехнологична, здесь преобладает сельское хозяйство и угольная промышленность, нет нефти, газа, следовательно, в области надо развивать высокие технологии, да и Южном федеральном округе в целом.

 

РП: А готовы ли вы сотрудничать с инвесторами, решившими вложиться в новый перспективный вид деятельности, вне рамок Роснанокорпорации?

В.Г. Коноплёв: Да, мы готовы к сотрудничеству. У нас есть хорошее оборудование, серьёзные связи с коллегами по всей стране. Мы работаем в этом направлении. К примеру, недавно один инвестор подал отличную идею создания новых качественных и недорогих динамиков для сотовых телефонов на основе нанотехнологий. Мы начали заниматься разработкой этой идеи. Если она будет реализована, то это будет один из таких примеров. И таких идей много, были бы возможности и силы.

                                                                                                                                                                                 Copyright Курзенев А.Н. © 2010
Copyright rp100.ru © 2010
Copyright ООО "Издательтво "Разрешите представить!" © 2010
Все права защищены